04.12.2020 fa fa- Home

Russian News 24

Новости России и мира онлайн

Оппозиционеру Котову смягчили приговор: продолжит сидеть, но меньше

 

Мосгорсуд, рассмотрев во второй раз дело мирного активиста Константина Котова, осужденного за нарушения правил проведения массовых мероприятий, опять признал его виновным и достойным лишения свободы — правда, не на 4 года, а на 1 год 6 месяцев. Сам Котов настаивает на своей невиновности и намерен обжаловать приговор.

Константин Котов по видеоконференцсвязи из СИЗО-7.

«МК» неоднократно писал о судебной истории активиста, осужденного по статье 212.1 Уголовного кодекса. Эта беспредельная по резиновости формулировок статья позволяет посадить на срок до 5 лет любого, кто более трех раз за полгода нарушит любое, даже самое незначительное правило проведения массовых мероприятий. Все акции с участием Коттова, которые стали основанием для возбуждения уголовного дела, были безусловно мирными, хотя и несанкционированными. В последний раз в начале августа прошлого года его задержали на выходе из метро, со свернутым трубочкой плакатом в рюкзаке.

Осенью 2019 года после скоропалительного следствия и не менее скоропалительного суда ранее не судимый активист был приговорен районным судом города Москвы к 4 годам лишения свободы. Мосгорсуд в качестве апелляционной инстанции утвердил приговор без изменений. Котова отправили отбывать наказание в колонию во Владимирской области. После того, как в декабре журналистам удалось обратить внимание на эту историю президента Путина, тот дал поручение Генпрокуратуре изучить обстоятельства дела. Но ещё раньше свое слово сказал Конституционный суд, куда обратился сам осужденный — Котов пытался оспорить конституционность самой этой статьи 212.1.

27 января 2020 года было опубликовано определение КС, которое стало ответом на жалобу Котова. Статью УК вновь оценивать судьи КС отказались, сославшись на то, что уже разъясняли свою позицию в 2017 году, и тогда же предписали при применении этой статьи жестко руководствоваться их, судей, трактовкой. Но в деле Котова, следует из определения, трактовка эта учтена не была, и КС счел нужным ещё раз напомнить, в каких случаях можно возбуждать дела по данной статье, а в каких нельзя, и в каких случаях можно по ней сажать за решетку, а в каких нет.

Во-первых, судить по 212.1 можно лишь в тех случаях, когда нарушение правил проведения уличных акций «повлекло за собой причинение или реальную угрозу причинения вреда» здоровью граждан, чьему-либо имуществу, общественному порядку, общественной безопасности. Серьезной и реальной угрозой являются, например, «провокационные призывы» к нарушению закона, «агрессивное неприятие» требований сотрудников полиции, «использование масок или других средств для сокрытия лица». Тот факт, что акция несанкционированная, такой угрозой сам по себе не является — если она была мирной. 

А во-вторых, напомнил КС, суды должны помнить, что ограничение пешеходного движения и создание помех транспорту — «издержки свободы мирных собраний», и сами по себе угрозой тоже не являются. Если же подсудимый не имел при себе колющих или режущих предметов, или других предметов, которые можно использовать в качестве оружия, а также взрывчатки, дымовых шашек или, не дай Бог, бутылок с «коктейлем Молотова», судам рекомендовано ограничиться мерами наказания, не связанными с лишением свободы, благо в статье 212.1 их множество — от штрафа до обязательных работ.

Приговор Котову КС повелел пересмотреть. Изучив текст определения, можно было ожидать, что Котова ждет полное оправдание, а в худшем для него случае — свобода и наказание штрафом…

Тут же подоспела и Генпрокуратура: она вдруг сочла наказание Котову слишком суровым, и предложила ограничиться 1 годом лишения свободы, хотя раньше меньше 4 лет не предлагала.

Но второй кассационный суд предпочел не брать на себя окончательное решение судьбы Котова, и отправил дело вновь в Мосгорсуд, повелев активисту ждать решения судьбы в СИЗО. А Мосгорсуд после недолгих колебаний, не взирая на противоэпидемические ограничения, решил рассмотреть дело по существу в апреле.

Так получилось, что карантинные ограничения оказались очень даже на руку и суду, и прокурору. Ведь все предыдущие заседания по резонансному делу Котова привлекали большое внимание СМИ, на них приходило много друзей и сочувствующих попавшему под раздачу активисту, особенности процесса подробно обсуждались… Теперь же никакой информации о происходящем в зале не было — кроме той, что давали адвокаты, и скупых сообщений пресс-службы Мосгорсуда. Получить представление о степени убедительности аргументов сторон было невозможно.

 

Итак, 14 апреля суд начал рассмотрение дела по существу, 16 апреля заслушивал свидетелей. Сам Котов в письмах из СИЗО просил свидетелй не вызывать, потому что это может быть опасно в разгар эпидемии, и отложить их допрос до более спокойных времен, выражая готовность подождать за решеткой. Но суд ничего откладывать больше не хотел. В итоге по разным причинам (от самоизоляции до пожилого возраста, плохого здоровья и невозможности добраться до Москвы) пришла меньшая часть тех свидетелей, которых хотела допросить защита.

Насколько можно судить, в ходе допроса свидетелей, в том числе свидетелей обвинения, наиболее полно удалось восстановить картину лишь первого из четырёх задержаний Котова — 2 марта у здания МГУ, когда он участвовал в акции в поддержку студента Азата Мифтахова. Полицейский Евгений Сынкин (один из задерживавших тогда Котова) рассказал, например, суду, что активист выкрикивал «позор!», лица не скрывал, и никаких запрещенных предметов при нем не было. Другой полицейский, Николай Кураш, тоже сказал, что «Котов никому не мешал», а задержали его лишь потому, что акция была несанкционированная и расходиться участники не хотели. Третий из свидетелей-полицейских, Роман Азаров, сообщил, что и проезду транспорта Котов тоже не мешал, потому что «там парк и деревья»…

Были изучены также несколько видеозаписей разных эпизодов дела.

В тот же день, 16 апреля, прокурор Кирилл Моренко вдруг попросил суд приобщить к делу девять судебных решений по другим делам, причем гражданским. Это решения, которые принимали московские суды по искам о возмещении денежного ущерба в миллионы рублей, якобы причиненного московским транспортным структурам и ресторану «Армения» в результате массовых акций конца июля-начала августа прошлого года. Иска подавались к представителям команды Алексея Навального, муниципальным депутатам Илье Яшину и Наталье Галяминой, Владимиру Милову и др. Замысел прокурора был понятен: раз КС требует непременного наличия реальной угрозы причинения ущерба для того, чтобы можно было посадить Котова за решетку — надо откуда-то доказательства этого ущерба взять.

Любопытно, что эти решения судов по гражданским процессам (часть из них не вступила в силу), к которым никакого отношения не имел и не имеет ни Константин Котов, ни его родственники, суд к делу после небольшого перерыва всё же приобщил. Судью Александру Ковалевскую не смутил тот факт, что в тех исках говорилось о событиях 27 июля и 3 августа, а Константин Котов не участвовал ни в тех, ни в других — просто потому, что отбывал административный арест в подмосковном Чехове, и домой вернулся как раз вечером 3 августа.

20 апреля состоялись прения сторон. Адвокаты настаивали на том, что приговор должен быть отменен, Константин оправдан и освобожден. Прокурор настаивал на том, что Константин виновен, и должен сидеть — правда, не 4 года, а полтора. Когда судья удалилась на краткое совещание, а трансляцию из зала суда включили, было видно, как Котов бродит туда-сюда по крохотной камере-клетке в СИЗО (он участвовал в процессе по видеоконференцсвязи). На вопрос адвокатов «как дела?» он сказал, что нормально, но сегодня в СИЗО с утра отключили почему-то розетки, он не смог выпить кофе и «потому в расстроенных чувствах».

Судья Ковалевская, вернувшись, кратко зачитала решение: старый приговор от 5 сентября прошлого года отменить, а новый утвердить — лишение свободы на срок 1 год и 6 месяцев с отбыванием в колонии общего режима. Как просил прокурор, значит. Все вещественные доказательства, вроде компакт-дисков с видеозаписями и плакатов, уничтожить.

Мотивированное решение будет готово в течение трех дней, и тогда можно будет сравнить, в какой степени Мосгорсуд руководствовался предписаниями Конституционного суда, которые вроде бы обязательны для исполнения всеми на территории РФ.

Один из группы адвокатов Котова, Мария Эйсмонт, сказала «МК», что сегодняшний приговор будет обязательно обжалован в кассационном суде, а если понадобится — и в Верховном. По её словам, обязательно будет направлено и обращение в ЕСПЧ.

А Константин Котов пока опять отправится в колонию.

Источник

*Вести