01.12.2020 fa fa- Home

Russian News 24

Новости России и мира онлайн

Роман Широков: пока не вижу, что сборная России прибавила после ЧМ-2018

 

Роман Широков: пока не вижу, что сборная России прибавила после ЧМ-2018

ЕВРО-2020. Бронзовый призер чемпионата Европы по футболу 2008 года и участник трех ЕВРО Роман Широков в интервью euro2020.ria.ru рассказал об ошибке Леонида Слуцкого, отсутствии прогресса у сборной России после домашнего чемпионата мира, ошибках в системе подготовки отечественной молодежи и наших перспективах на ЕВРО-2020.

— У тебя три чемпионата Европы за плечами, и ты, если я ничего не путаю, дебютировал за сборную лет в 26, да?

— Нет, в 27.

— Дебют за сборную в столь зрелом по футбольным меркам возрасте психологически сильно помог?

— Я не знаю, мне не с чем сравнивать (смеется). Я не думаю, что возраст как-то помогает. В молодом возрасте, кто дебютирует чуть раньше, в 19-21, те вообще никакого груза, наверное, не ощущают, может быть, кто чуть постарше — что-то и есть. По большому счету, никакого груза точно не было, потому что все это спонтанно происходило, молниеносно. Из «Химок» в «Зенит», из «Зенита» в Кубок УЕФА. Как-то это ощущалось, что так и должно быть. Я не знаю, для того, кто этого долго ждет, наверное, это и испытание, нервы. Те же, кто быстро ко всему этому приходит, мне кажется, особо не задумываются об этом.

— А у тебя, по сути, получается, что футбольная карьера стартовала — в нормальном понимании — именно с перехода в «Зенит».

— Нет, ну у меня хороший год был в «Химках».

— Который, собственно, и позволил перейти в «Зенит».

— Который позволил перейти в «Зенит», да. Но из «Химок» все таки я попал в сборную, когда сначала «дебютировал» на скамейке запасных в легендарном матче с англичанами, когда 2:1 выиграли (смеется). А потом да, в «Зенит», и уже все по накатанной так и пошло.

— И вот по накатанной с Хиддинком приехали на чемпионат Европы, и тот самый памятный матч с крылатой фразой про не уровень. В тот момент, психологически, когда игра закончилась, какие были ощущения? «Все пропало» или «Ничего страшного, будем работать дальше»?

— Лично у меня или у команды?

— У тебя, конечно.

— Да нет, я как-то не задумывался об этом, я вообще даже не думал, что меня за это уберут из состава. Ну, один неудачный матч, ну и что? Но потом вышли, другой футболист стал играть. Но я, в принципе, нормально это воспринял, потому что кого-то же нужно было менять.

После матча, естественно, было недовольство тем, что показал на поле. Второй гол они хороший забили, первый — ошибка это наша, я сделал передачу, которую сразу одним касанием перевели вверх просто, выбили, получилось, что Денис (Колодин) выбивал, попал в ногу… Череда случайностей. Второй они разыграли здорово, там передача вразрез — забили гол. Третий — там моя ошибка, примерно то же самое, что первый гол. Нападающий обыгрывал, я выбивал, попал ему в ногу, и удачно отскочило ему на ход, он один на один там разобрался. А четвертый нам забили с контратаки, когда мы подавали угловой. До этого мы реализовали один угловой, а тут получилось, что нам забили. Получается так, что да, нам четыре забили, но я б не сказал, что нас прям там «раздевали» так, что стыдно было бы в глаза смотреть.

— А потом мы с испанцами встретились еще раз, и разница оказалась такой же, те же три мяча, только с другим счетом.

— Да, с другим счетом и другим набором исполнителей. На тот момент просто испанцы были действительно очень сильные. Да, нам они забивали помногу — и четыре, и три, но это больше, наверное, идет от той игры, которую мы показывали. Первый тайм с ними мы очень неплохо смотрелись, по крайней мере, когда мы 1:4 проиграли. У нас был момент при счете 0:0, там в штангу, если не ошибаюсь, Костя Зырянов попал. И вообще, первый тайм по игре достаточно неплохо смотрелись, хотя 0:2 и закончили. Во второй игре у нас, мне кажется, такой стопроцентный момент только один был, там Рома Павлюченко не попал. А потом да, они забили гол, и уже как-то раскрепостившись забили нам еще два.

— У тебя, получается, три чемпионата Европы с двумя тренерами-иностранцами и одним россиянином. Если смотреть по атмосфере внутри команды, по тренировочному процессу, кто на первом месте, кто на втором, кто на третьем, и в чем ключевые различия между ними?

— Я бы не сказал, что там какие-то большие различия были. Единственная проблема была, если говорить про последний чемпионат, в том, что у нас основные игроки вылетели прямо перед турниром. Естественно, это добавило нервозности. А так, в принципе, нормальные были коллективы, хорошие. Естественно, как и везде, кто-то там считает, что его меньше используют, чем могли бы. Это про 2016-й. Но, главное, там, в принципе, обоюдная ошибка наша с тренером — то, что он меня взял, и то, что я согласился. Если он решил изначально брать другого футболиста, ему не нужно было менять решение и меня брать, а мне не нужно было соглашаться. Зачем я это сделал, я до сих пор не понимаю, зачем дал себя убедить (смеется). Я не хотел, но что было, то было.

А так, в принципе, готовились нормально к последнему. Все было хорошо, но сначала Дзага (Алан Дзагоев) вылетает, потом Гарик (Игорь Денисов) вылетает. Естественно, это не добавляло настроения и сил. На всех турнирах ключевым был второй матч. В 2008-м сначала 1:4, потом мы выигрываем у греков, и тут появляется надежда, плюс мы играем со шведами, которых мы, в принципе, должны были обыгрывать, плюс к этому матчу возвращается Андрей Аршавин. Может быть, мы какую-то выдающуюся игру с греками не показали, но, по крайней мере, добились нужного результата. Со шведами мы вообще хороший матч выдали. И уже на эйфории от этого классный матч с теми же голландцами провели. А последний нам уже не удался.

В 2012-м первый матч классный был, до этого был с итальянцами классный матч товарищеский. И ключевая игра с поляками, там ключевой момент перед тем, как нам забили — я уже много раз говорил, мы четыре в два, кажется, выходили, чуть неудачный пас. Правильный пас, но чуть-чуть по силе не рассчитал, защитник успевает перехватить, вместо 2:0 — ответная атака, 1:1, и начинается. Но все равно, для нас там была хорошая ситуация, мы там и вничью могли играть, но опять случайность, можно сказать, роковая, на последней минуте первого тайма — и все, нас не хватило там отыграться.

То есть вторые матчи ключевые были во всех чемпионатах. Выиграй мы у поляков, мы бы уже вышли и спокойно готовились. В 2016-м мы вообще проиграли, при том, что, по большому счету, Словакию должны были обыграть, но чуть-чуть изменили тактику по сравнению с первой игрой, а они из-под прессинга неплохо выходили. Особо ничего не создавали, одна контратака, там здорово Вайсс сыграл, гол, потом небольшая неразбериха на последней минуте первого тайма, шикарный удар Гамшика, а с 0:2 тяжело, конечно, играть.

— Аршавин, вспоминая 2008-й и 2012-й, главным отличием назвал тот факт, что команда постарела на четыре года.

— Ну вот Леонид Викторович (Слуцкий) как раз в 2016 году хотел омолодить команду, сделать ее более быстрой, поставить игроков быстрых на фланги атаки, за счет этого хотел придать скорости. Но скорость, она не всегда полезна — если у вас нет мысли в середине, то какой бы скоростью вы ни обладали, ничего вы не сделаете. Допустим, в 2008 году при наличии Семака и Зырянова в середине поля и того же Игоря Семшова у вас мысль была, которая давала возможность творить впереди тому же Андрею (Аршавину), Роме Павлюченко, ребятам, кто на замену выходил — и Дима Сычев, и Ваня Саенко, Торбусик (Дмитрий Торбинский) выходил там, Беляш (Динияр Билялетдинов). Плацдарм, который был в середине, давал им возможность играть.

— Более креативной полузащиты, по-моему, у нас не было никогда с тех пор.

— Чем когда, чем в 2008-м?

— Да.

— Не знаю. По мне, так в 2012-м посильней она была и опытней, и мне кажется, все игроки были в самом соку, в том числе и Аршавин. У него просто чуть, наверное, смазанное впечатление от этого турнира из-за того, что он до этого играл мало год. Полгода почти не играл Лондоне. Потом перешел в «Зенит», и там тоже уже сформированный был коллектив, где он не так много времени получил для того, чтобы набрать необходимую форму. Дик-то (Адвокат) в него верил, и команда тоже верила, но все равно, Аршавин, наверное, в 2012-м чуть отличался от Аршавина в 2008-м. Я думаю, что если бы Андрею было дано больше игровых минут весной 2012-го в «Зените», то он показал бы другую игру.

ОШИБКА СЛУЦКОГО

— Ты помнишь, какие аргументы были у Слуцкого, когда он уговаривал тебя поехать на чемпионат Европы в 2016 году?

— А он меня не уговаривал. Он просто предложил. Я знаю точно, что он уже сделал выбор состава на ЕВРО. И меня не было в том списке, я не знаю, что сподвигло его подойти и предложить мне вот эту роль, в которой он меня видел.

— Это ж в аэропорту было, да?

— Да, было это в аэропорту, после «золотого» матча. Может быть, это «золотой» матч на него так повлиял. Но это была ключевая ошибка, наверное, в этом.

— Его ошибка?

— Я думаю, он и сам бы чувствовал себя более раскрепощенно там, все-таки, я же говорю — футбол не обманешь. По тренировкам видно было, кто должен был играть, а кто нет. Была немного нервозная обстановка. Плюс первый матч вроде дал положительные эмоции и результат, а второй не совсем для нас сложился хорошо. Все это наложилось на то, что травму получил Шатов. Матч с Уэльсом становится ключевым, начинает пресса нагнетать и болельщики, что вот мы плохо сыграли, нужно выпускать креативных игроков. Слуцкий метался, вроде хотел одно, наверное, сделать, в итоге выбрал второе, и не получилось ничего.

А до турнира — он мне просто предложил поехать, но я не хотел. Позвонил агенту, жене, товарищам, посоветовался с ними, и все они меня убеждали поехать. Честно говоря, даже когда я шел ему говорить, что я согласен, я не хотел ехать.

— В той ситуации я тоже был за то, чтобы ты поехал.

— Ну ты же знаешь, какие аргументы приводили: вот, еще 2 недели, можно все исправить, в тренировочном процессе доказать… Мне тогда тоже казалось, что можно, а потом выяснилось, что не нужно было этого делать. Это плюс и для команды был бы, наверное, и для тренера, и для всех.

Роман Широков: пока не вижу, что сборная России прибавила после ЧМ-2018

— А после чемпионата вы с ним не обсуждали эту ситуацию?

— Да нет, мы после чемпионата с ним не общались полгода. Ну как полгода — нам и негде было общаться. Я единственное ему написал, когда он из ЦСКА ушел, и все.

— То есть, это единственное ваше общение было после 2016-го за четыре года?

— Нет, нет, потом все нормализовалось, мы с ним и вместе ездили на юношескую Лигу чемпионов, финал четырех был, смотрели, там «Челси», «Ман Сити», «Барселона» и «Порту» играли. И потом много общались, по телефону, в основном эсэмэсками. А после того, как он сюда вернулся из Голландии, последние месяца 3-4, мы достаточно плотно общаемся. Когда есть возможность, всегда разговариваем.

— То есть у вас конфронтации никакой нет и нормальные отношения, все в порядке?

— Я считаю, что да, хорошие отношения. То, что было — то было. Я уже говорил, мое мнение — это нормальная ситуация для того момента, у него там, может быть, небольшая эйфория произошла, что он вывел команду на Европу, плюс тут Рабинер еще книгу пишет. Конечно, тут у любого человека нимб появится. Одно дело, когда ты с одной командой все выиграл, понятно, что ты там герой, все тебя любят, обожают. А здесь, когда тебя вся страна боготворит, конечно, это на тебя влияет. Безусловно, большая доля его заслуги в этом есть, но все равно были люди, которые ему помогали. Но для того момента это было абсолютно нормальное его состояние. Понятное дело, что первое время недовольны были и я, и он. Впоследствии же никаких проблем.

 

— После ЕВРО Слуцкий возвращается в Москву, общается с Мутко, Виталий Леонтьевич уговаривает его остаться, он отказывается. Назначают Черчесова, а Слуцкий уезжает в Европу и, по большому счету, у него там ничего не получается. А сейчас «Рубин», где тоже не сказать чтобы прям все было хорошо.

— В «Рубине», во-первых, только все начинается. Нельзя же говорить, получается или не получается, по трем матчам. Допустим, если кто-то видел «Рубин» на сборах, у них одно впечатление, что, в принципе, там все складывалось достаточно неплохо. Начали — да, из трех выиграли одну, ничья и поражение. Можно сказать, что неудачно, а можно сказать, что при своих, по большому счету, остались. Рассчитывали на то, что будет другая игра? Да, рассчитывали. И он об этом неоднократно говорил. И я с ним разговаривал, и он много раз говорил в интервью, что он был немного впечатлен, скажем так, в кавычках, уровнем чемпионата и команд. Не то что даже уровнем, а тем футболом, в который играют.

Он привык за это время в Европе, особенно после Голландии, что команды все-таки стараются играть в атаку. А здесь, конечно, когда ты приезжаешь в Тамбов, они стоят в 11 человек сзади и ничего тебе не дают сделать — немного, наверное, контраст после Голландии. Они к этому, может быть, чуть-чуть не готовы были. Но для нас это нормально.

Потом к «Крыльям» приезжают. У нас же как — если очки нужны, значит, нужно всей командой отбиться, ладно там, возьмем очко, зачем нам три. Получится — три возьмем, нет — хотя бы очко унести. Он вернулся из футбола, где совсем иная философия. Им самое главное — выиграть. И понятно, что поначалу он не совсем понимал, что происходит. Я думаю, потихонечку все наладится и он выйдет на другие позиции в чемпионате.

ПРОГРЕССА ПОСЛЕ ДОМАШНЕГО ЧМ НЕТ

— Чемпионат Европы переехал на 2021 год. Для нашей команды это скорее плюс или минус?

— Честно, я затрудняюсь сказать, плюс это или минус. С одной стороны, лидеры, которые у нас есть, станут на год старше.

— Жирков, Дзюба.

— Ну, Жиркова может вообще не быть там. Дай бог, чтоб он и дальше играл, но мне кажется… Я не знаю, может ли он соответствовать такому уровню. Хотя, с другой стороны, сейчас такой уровень, что Юра может лет до 50 играть, в сборной по крайней мере. Ну, а остальные? У нас, по большому счету, из лидеров кто-то растет? Я не замечаю. Прибавляет? Нет. После чемпионата мира, дай бог, если они остались на том уровне, что был.

После чемпионата мира была Лига наций, где не самые сильные соперники, и мы никуда не вышли. После был отбор на ЕВРО, где у нас была одна сильная команда, которой мы с треском проиграли дважды. Пока я не вижу, в чем мы прибавили. Поэтому допускаю, что для нас это еще и хуже, с одной стороны, может быть.

А с другой — появляется тот же Бакаев. Парень потихонечку прибавляет, растет, и, может быть, он к этом времени еще сильнее станет. Уехал Смолов, и дай бог, чтобы он там заиграл. Мне кажется, что он тоже выйдет на совсем другой уровень, не какой-то запредельный, космический, но это, может быть, и Дзюбу в итоге подтолкнет. Плюс вернулся Комличенко, он может в том же чемпионате России добавить серьезно. Кто у нас еще есть, ребята молодые, которые могут добавить? Про Чалова можно говорить, но применительно к сборной — точно не сейчас.

— Миранчуки?

— Миранчуки — да, но если уедут. Если они будут играть в чемпионате России, то никакой конкуренции в сборной они не составят, потому что они не готовы играть на высоком уровне европейском. Головин у нас прогрессирует, хорошо бы и дальше это продолжалось. Защитники у нас кто? Я думаю, Игнашевича будем возвращать опять (смеется).

— Тогда надо и братьев Березуцких.

— Да, как раз они вернулись, можно потренировать. Можно сколько угодно говорить, что у нас есть защитники, но их по большому счету нет. Лакмусовая бумажка — это матчи с хорошими командами. Вот у нас получилось закрыться и отбиться — с испанцами, с хорватами, плюс уколоть два раза. А где гарантия, что у нас это будет на ЕВРО следующем?

— Ну слушай, там Испания и Хорватия, а здесь все-таки Финляндия и Дания, при всем уважении…

— Ну давай вот так: первый матч с бельгийцами может сложиться для нас не очень хорошо в плане результата, так?

— Как с испанцами в 2008-м, легко может так же.

— Значит, мы можем проиграть? Можем. Следующий матч с финнами. Никто их не знает, наверное, плюс-минус это чуть ниже нас, да? Но в какой они будут форме, никто не понимает. Как сложится этот матч? А следующий у нас матч на выезде с Данией, и он будет, скорее всего, решающим. Как мы играем в ключевых матчах, мы прекрасно знаем.

— Ты сейчас такую картину нарисовал пессимистическую.

— Ну я говорю, что это худший сценарий. Может такое быть? Может. Мы же не можем говорить, что у нас есть такой запас прочности, который позволяет нам с уверенностью смотреть в будущее. Мне кажется, никто не может так сказать. Запаса прочности нет.

— Ну скорее нет, конечно. По поводу вратарской позиции. Как ты думаешь, постоянные разговоры о том, чтобы возвращать Акинфеева…

— Слушай, раз Игорь сам не хочет, чего его бередить? Мне кажется, он вполне ясно сказал. Здесь главное выбрать правильный момент, когда уходить. Игорь ушел вовремя. Есть же сейчас ребята молодые, о которых все время говорят, что они не хуже Акинфеева. Ну так докажите! Он-то все всем давно доказал.

— Ты сам, кстати, как думаешь, кто сейчас у нас лучший на этой позиции?

— Если Игоря не брать?

— Да.

— Я бы, наверное, выделил Сафонова и Максименко.

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ КОРОНАВИРУСА

— Федун говорит, что после окончания всей этой истории с вирусом нас в футбольном мире ждет катастрофа.

— Я думаю, год-два да, наверное, будет тяжело, но все равно, нас, наверное, это в большей степени коснется, чем Европу. Было бы хорошо, если бы у нас был подготовлен фундамент, если бы у нас отлично работали академии, если бы у нас развивались молодые футболисты, это как раз было бы возможностью о себе заявить с новой силой, когда нет многомиллионных трат, а мы можем своими воспитанниками здорово играть, развивая свой футбол. Но у нас этого нет, поэтому это окно для нас закрыто. А другие какие у нас окна? Никаких.

У нас, наверное, пойдет на спад. Никто же не думал у нас о перспективе. Думают же о том, что у нас сегодня, здесь и сейчас, а завтра — ну, подумаешь, что там будет завтра. Если бы мы хотя бы году в 2015-2016-м, после чемпионата Европы, озаботились тем, что у нас есть в детско-юношеском футболе, то сейчас бы фундамент был. А у нас на словах только забота проявляется. Мы б сейчас даже с этой ситуации еще бы вистов поимели, когда показали, что у нас есть хорошая система подготовки, наши ребята могли бы спокойно уезжать в Европу и там прогрессировать. К нам бы могли ехать легионеры, которые еще на подходе к Европе, но хорошего европейского уровня, мы могли бы их здесь доводить и они бы ехали дальше, а наши клубы получали бы деньги. У нас же этого нет.

Заработала бы вся система — вторая лига начала бы продуктивней работать, потому что там все таки много ребят молодых играет. Та же ФНЛ. Чем больше ребят молодых выпускалось бы из академий, тем выше уровень становился ПФЛ, ФНЛ и так далее. Но у нас этого не было, поэтому мы просядем. Мы сейчас будем болтаться на старом багаже. Жирков, Дзюба, если протянет еще сколько-то на хорошем уровне. А дальше-то, по большому счету, никого нет.

— Как футбольный инсайдер — почему «Зенит» не объявляет продление контракта с Дзюбой?

— Я, честно говоря, и не знаю. Мне кажется, что они договорились, наверное. Хотя не знаю, как раз может быть это связано с тем, что сейчас денег меньше станет. Может быть, придется договоренности пересматривать. Сейчас плохое время для тех ребят, которые тянули с подписанием и рассчитывали на то, что они себя как-то проявят или клуб передумает и даст им больше денег.

— Ну тут, получается, у нас «Зенит» и «Локомотив» – там в одном случае почти целый состав тех, у кого истекает контракт, во втором — половина.

— Тут для них это наоборот хорошо, они могут спокойно ужаться в этом плане. Они могут посмотреть, вообще нужны ли им такие трансферы и футболисты. «Локомотив», мне кажется, решил, там все звезды молодые переподписаны, а остальные… Как раз можно посмотреть, нужны ли, опять же, игроки возрастные дорогостоящие им или нет. Нужно ли продлевать Жоау Мариу или еще кого-то, за те деньги, которые они получают.

— Твое мнение: чемпионат России нужно возобновлять и доигрывать в любом случае, неважно — июнь, июль, август, или останавливать и фиксировать по тем местам, которые были перед паузой?

— Мне кажется, нужно дождаться все-таки июня, или 15-20-х чисел мая, и от этого оттолкнуться. Смотреть, как будет развиваться обстановка в мире, что там будет. Потому что для нас не критично, мы можем, условно, и в июле начать и доиграть этот чемпионат, потому что у нас там всего восемь туров, по большому счету, можем в полтора месяца вместить их. Все будет еще зависеть от того, как мир будет, Европа. Будут они играть и когда они будут играть. Вот «Милан» объявляет о том, что возвращает игроков, легионеров. В Германии, тьфу-тьфу, вроде все налаживается, и они, наверное, первые начнут тренироваться.

— Австрия и Чехия начинают тренироваться.

— Если уж они начнут, то я думаю, мы-то точно должны. Через месяц будет понятно, и какая у нас будет обстановка, и какая там.

— Какие матчи ЕВРО планируешь посетить лично?

— А я не знаю, планировалось, что я буду на «Матч ТВ» работать, поэтому какие там матчи выпали бы, такие и посетили бы (смеется). Естественно, хотелось бы на матчах России побывать.

Роман Широков: пока не вижу, что сборная России прибавила после ЧМ-2018Роман Широков

Источник: rsport.ria.ru

*Вести